(автор - knjazna)

«Прости меня, мама». Один из самых тяжких этапов всего большого пути – пересмотр взаимоотношений с родителями. Да, именно они заварили ту кашу, которую вы до сих пор расхлебываете. Да, именно они убедили вас в том, что та калоша, в которой вы себя нашли в начале этой дороги, и есть нормальное для всех положение вещей. Они не нарочно. Да, вот именно так настойчиво и так упорно, с такими эффективными результатами – они не нарочно.

И более того, ваша эффективность их, с одной стороны, радует, с другой… кхм… для них она – стенка, об которую они теперь будут расшибать лоб до самого своего последнего дня, потому что результат – его социальную поверхность – не признать невозможно, но образ жизни, его обеспечивающий, не ляжет им в голову, пока эта голова цела.

И да, от них тоже придется услышать, что вы – не дети, а собаки дикие, что на родителей вам плевать; и еще что то, что вы считаете достижением - только этап перед «настоящими достижениями», а когда эти «настоящие достижения» (с их точки зрения) будут вам озвучены – вы не раз вспомните рассказ Чехова «крыжовник». И да, вам предстоит пережить дикий, ломающий всю картину мира миг, когда вы таки поймете, что НЕТ И НЕ БЫЛО никогда между вами и ними того понимания, на которое вы так надеялись и которое, как вам казалось, вы потеряли по собственной вине когда-то по дороге между свидетельством о рождении и паспортом. И что перед вами – просто слабый и пожилой человек, который никогда не был сильным, а всегда, всю вашу жизнь ждал силы и уверенности от вас, и что самое грустное – ждал этого от вас в возрасте, когда вам больше всего была нужна поддержка. И придется понять и признать то, что их оценка, их одобрение и неодобрение по отношению к вам и вашим действиям – УТИЛИТАРНЫ И БЕЗНРАВСТВЕННЫ. Безнравственны потому что вам внушались правила, не включавшие в себя нравственных основ. Нравственные основы – это «хорошо», отдельное от возможностей уменьшения количества боли или увеличения количества удовольствия оценивающего в связи с вашими действиями, или «плохо», тоже отдельное от возможностей прибавления количества боли или уменьшения количества удовольствия оценивающего в связи с вашими действиями.

А утилитарны вот почему: содержали эти правила некие алгоритмы, согласно которым вы будете хороши только если ваше поведение будет хорошо для ваших близких. И близкие, которые вам это внушали, делали это с утилитарными и эгоистичными целями – хотя бы за ваш счет сделать себе хорошо здесь и теперь. Как поступали с ними их родители в свое время.

Отказ от этих взаимоотношения с близкими и окружением в целом влечет за собой неизбежное изменение правил взаимоотношений и с родителями тоже. А они – пожилые и слабые люди и рассчитывают на вас. И когда вы предложите им ТОЛЬКО деньги, без ожидания одобрения от них, или ТОЛЬКО сведения о себе, без запроса их мнения по поводу, когда вы запретите им использовать по их усмотрению результаты ваших достижений – разумеется, это их расстроит. И извиняться каждый такой раз тоже придется. Извиняться – и делать по своему.

За что, собственно, нужно извиняться, спросите вы? А вот за что. Вы отказываетесь от той ролевой путаницы в отношениях, благодаря которой родитель имеет право ездить на вас именно потому, что вы – его ребенок. Бред, да? Но ведь именно эти отношения, точнее этот бред, и является корнем всех тех цветочков и ягодок с минного поля, которые вы тащите во все следующие отношения. И когда вы определяетесь со своей ролевой позицией, вы оставляете внутренних детей своих родителей без вашей родительской поддержки, предлагая только то, что выросший ребенок и может предложить родителю – минимальное эмоциональное и посильное материальное участие в жизни пожилого, и в силу этого, не вполне самостоятельного уже человека. Зрелый человек, вырастив детей, понимает неизбежность этого этапа своей жизни, но родитель, выстроивший те специфические отношения со своими детьми, в которых непонятно, кто кому старший, зрелым никогда не был. Фактически, вы оставляете без опеки ребенка. Можно не смотреть на седины и морщины, не слушать «молчать, я воевала» или «заткнись, я с тобой грудным БАМ строил». Это – таки – ребенок. Но выбор между остановкой в детстве или развитием сделан за них не вами. Поэтому – извиняйтесь за то, что вы правы, и ищите комфортную дистанцию.